Главная | События | Фото | Видео | Живопись | Поэзия | Рассказы | Статьи | Наши песни | Я пою | Гост. книга | Контакты
  
ПИСЬМА РИМСКОМУ ДРУГУ
Иосиф БРОДСКИЙ
(Из Марциала)



Нынче ветрено и волны с перехлестом.
       Скоро осень, все изменится в округе.
Смена красок этих трогательней, Постум,
       чем наряда перемены у подруги.

Дева тешит до известного предела -
       дальше локтя не пойдешь или колена.
Сколь же радостней прекрасное вне тела:
       ни объятье невозможно, ни измена!


Посылаю тебе, Постум, эти книги
       Что в столице? Мягко стелют? Спать не жестко?
Как там Цезарь? Чем он занят? Все интриги?
       Все интриги, вероятно, да обжорство.

Я сижу в своем саду, горит светильник.
       Ни подруги, ни прислуги, ни знакомых.
Вместо слабых мира этого и сильных -
       лишь согласное гуденье насекомых.


Пусть и вправду, Постум, курица не птица,
       но с куриными мозгами хватишь горя.
Если выпало в Империи родиться,
       лучше жить в глухой провинции у моря.

И от Цезаря далеко, и от вьюги.
       Лебезить не нужно, трусить, торопиться.
Говоришь, что все наместники - ворюги?
       Но ворюга мне милей, чем кровопийца.


Вот и прожили мы больше половины.
       Как сказал мне старый раб перед таверной:
"Мы, оглядываясь, видим лишь руины".
       Взгляд, конечно, очень варварский, но верный.

Приезжай, попьем вина, закусим хлебом.
       Или сливами. Расскажешь мне известья.
Постелю тебе в саду под чистым небом
       и скажу, как называются созвездья.


Скоро, Постум, друг твой, любящий сложенье,
       долг свой давний вычитанию заплатит.
Забери из-под подушки сбереженья,
       там немного, но на похороны хватит.

Поезжай на вороной своей кобыле
       в дом гетер под городскую нашу стену.
Дай им цену, за которую любили,
       чтоб за ту же и оплакивали цену.


Зелень лавра, доходящая до дрожи.
       Дверь распахнутая, пыльное оконце.
Стул покинутый, оставленное ложе.
       Ткань, впитавшая полуденное солнце.

Понт шумит за черной изгородью пиний.
       Чье-то судно с ветром борется у мыса.
На рассохшейся скамейке - Старший Плиний.
       Дрозд щебечет в шевелюре кипариса.



Mарт 1972
Сочинения Иосифа Бродского
Пушкинский фонд
Санкт-Петербург, 1992